Женский Спорт

Исторические факты
27.01.2013 Елена Футболова 646

Утечка времени

Никакой сверхпрофессиональный и сверхсамостоятельный футбольный союз не в состоянии повысить класс отдельных команд и мастерство отдельных игроков. Самая гибкая организационная структура не сможет вложить в команду больше того, что вкладывает в ее творчество тренер. Наивно считать панацеей от всех бед новые «витки» материального и морального стимулирования.

Но! Если не дать футболу независимость от спортивно-ведомственных чиновников, если оставить в организационном плане все как есть, на уровне 1936 года, если не задумываться и не разрабатывать постоянно новые формы поощрений футболистам и тренерам, то в этом случае, уверен, начнется процесс нашего чисто футбольного — игрового — отставания от ведущих стран мира, и не только начнется, но может принять угрожающие масштабы.

Медленное продвижение перестройки в стране, на что обратил серьезное внимание первый Съезд народных депутатов, не обошло стороной и футбол. Меня могут обвинить в незнании того, что происходит, напомнив о создании Союза футбольных лиг, о принятии Госкомспортом СССР при участии «других заинтересованных организаций» ряда документов, регулирующих деятельность клубов, игроков и тренеров. Нет, все это мне известно, но детальное знакомство с ситуацией позволяет сделать вывод о неразумной потере времени, которая может оказаться невосполнимой.

Да, наконец-то создан профессиональный Союз — он объединит команды высшей, первой и второй лиг и начнет свою деятельность с 1 января 1990 года (так, во всяком случае, планируется). А мог бы начать с 1 января 1989 года, если бы не бесконечные проволочки с его организацией, попытками (отвергнутыми профессионалами) Госкомспорта подмять все под себя, сменить вывеску и сделать вид, что организационные перемены произошли.

Осталась Федерация футбола СССР — общественная организация, многие работники которой — общественники — трудились, особенно на местах, бескорыстно и с завидной долей энтузиазма. Но что могла Федерация, если все ее действия направляло, не скрывая того, Управление футбола и хоккея Госкомспорта? На мой взгляд, жизнеспособность Федерации в условиях существования Союза футбольных лиг во многом будет зависеть от того, как она будет взаимодействовать с Союзом. Первый же шаг после учредительной конференции в июне она сделала, мне думается, не совсем верный. Конференция состоялась 1 июня, а спустя восемь дней в «Советском спорте» появилась заметка, в которой сказано: «Президиум Федерации принял решение поручить Союзу футбольных лиг рассмотреть вопрос о структуре соревнований во второй лиге на 1990 год и последующие годы». Как может Федерация что-либо поручать организации, в Уставе которой записано, что она «является самоуправляемым органом, на который возложены функции управления футболом мастеров»?

Между прочим, в те дни, когда было дано это «поручение», сформированное конференцией организационное бюро только-только приступало к уточнению отдельных пунктов проекта Устава и подготовке новой конференции — по принятию этого Устава и выбору руководящих органов Союза. На отрезке между декабрьской и июньской конференциями произошла, полагаю, довольно серьезная потеря времени в решении вопросов, связанных с самыми животрепещущими проблемами нашего футбольного хозяйства. Складывалось впечатление, будто ответственные за футбол лица махнули на него рукой и жили в ожидании решений конференции.

Чем иначе объяснить вновь возникшие с календарем неурядицы — уж сколько о них писали! Для кого вообще составляется календарь чемпионата? Наверное, для тех, кто играет, и для тех, кто смотрит. Как же тогда понимать, что донецкий «Шахтер», к примеру, в середине первого круга вынужден был провести три игры подряд в гостях, затем одну дома и вновь три подряд на выезде? Как понимать, что московскому «Динамо» во втором круге запланировали выезд в Донецк, Ереван и Одессу, затем возвращение домой на матч с «Днепром» и снова выезд — в Душанбе и Ленинград? Страдают и команды, лишенные возможности проводить в таких искусственно созданных условиях нормальную тренировочную работу, и зрители, месяцами не наблюдающие в деле свои команды. Об аритмичности календаря и не говорю — даже школьник в состоянии определить, взглянув на календарь первенства, зияющие паузы в двадцать дней.

А по-прежнему неупорядоченные вопросы судейства? По-моему, один только первый круг чемпионата-89 дал больше поводов для обоснованной критики судейства, чем печальной памяти 1967 год целиком. Сколько же было не назначенных и назначенных несправедливо пенальти, незамеченных офсайдов, дисквалификации судей — наказаний не избежали даже руководители Всесоюзной коллегии Алексей Спирин и Сергей Хусаинов. При назначении арбитров на матчи доходило до удивительно смешных и глупых ситуаций. Важную, к примеру, встречу первого круга между московскими и киевскими динамовцами проводил Г. Сепиашвили и с обязанностями своими явно не справился. А. Спирин так объяснил его назначение на эту игру: «Мы немного рисковали, назначая молодого арбитра Сепиашвили на столь трудный и принципиальный для соперников поединок. Но это решение было вызвано объективными показателями. Мы предварительно просмотрели несколько кандидатур опытных судей и по различным причинам отклонили их». Впрочем, это не единичный случай. Так, например, одного арбитра никогда не назначают на матчи с участием «Локомотива». Почему? Но за что не догадаетесь: оказывается, его жена работает на железной дороге… Неужели надо ждать создания Союза лиг для того, чтобы понять: профессия жены не имеет никакого отношения к качеству судейства!..

А сколько вопросов вызывают уже упоминавшиеся и расшифрованные в спортивной печати документы Госкомспорта, регулирующие деятельность футбольных клубов, игроков и тренеров? Остановлюсь лишь на самых принципиальных из них.

Почему государственные пенсии положены только заслуженным мастерам спорта и мастерам спорта международного класса, причем тем из них, кто имеет общий стаж работы не менее 20 лет и состоял в штате команд мастеров не менее десяти лет (в том числе в сборных командах СССР) или не менее шести лет в составе сборных СССР? Как же быть с остальными? Их ведь большинство — пусть средних, но добротных футболистов, верой и правдой служащих Игре, и их ли вина, что честно работают по полтора десятка лет в командах, не поднимающихся до особых вершин, и потому не имеют права на получение почетного звания?

Почему Госкомспорт за проданного за рубеж футболиста должен, как и клуб (если игрок входит в сборную), получать 50 процентов от контрактной суммы? Почему за невходящего в сборную игрока Госкомспорту причитается 30 процентов? Какое отношение Госкомспорт вообще имеет к подготовке футболиста клуба? Почему распределение средств в иностранной валюте осуществляется между всеми командами мастеров, участвовавшими в подготовке спортсмена, пропорционально сроку его пребывания в них? Выходит, киевское «Динамо» должно было получить за Александра Заварова чуть больше, чем ворошиловградская «Заря» и ростовский СКА вместе взятые (в соответствии со сроками, проведенными Заваровым в этих командах)?

Какие финансисты подсчитали суммы компенсаций за переход игроков из команды в команду внутри страны — 24 500 рублей за игрока высшей лиги. 17 000 — первой, 13 000 — второй?.. Чем они при этом руководствовались? … Вопросов много. Время идет.

Top